103
Бесплатно с мобильного
112

Николай Плавунов: скорая помощь стала щитом на пути COVID-19 в Москве

Николай Плавунов: скорая помощь стала щитом на пути COVID-19 в Москве

О том, что изменилось в работе скорой помощи в период пандемии, как искусственный интеллект помогает работе врачей, с какими проблемами чаще всего обращаются, и как коллектив отметит первый официальный праздник, в интервью РИА Новости рассказал главный внештатный специалист по скорой медицинской помощи, главный врач ГБУ "Станция скорой и неотложной медицинской помощи имени А.С. Пучкова" Департамента здравоохранения Москвы Николай Плавунов. Беседовала Ольга Овчинникова.

– Что сегодня представляет из себя Московская скорая помощь? Изменилась ли она за последние годы?

– Наша организация является самой крупной медицинской организацией в Европе, это 11,5 тысячи сотрудников, 1052 бригады скорой медицинской помощи и 150 бригад неотложной медицинской помощи, которые каждый день выходят на улицы нашего города.

Конечно, скорая помощь не может не меняться, потому что это очень динамичная система, меняются условия работы, появляются новые бригады. Сегодня мы делаем акцент на бригадах реанимационной помощи, за последние полгода у нас количество этих бригад увеличилось на шесть, сейчас их более 40. Надо еще отметить такую особенность, что на текущий момент именно московская "скорая" имеет все профили бригад скорой медицинской помощи, которые предусмотрены нормативными документами. Прежде всего, это бригады выездные – общепрофильные, это бригады специализированные – реанимации детской и взрослой, это бригады педиатрические, где работает врач-педиатр, и бригада психиатрии. Есть еще бригады экстренные консультативные, это отдельные категории бригад, которые, как правило, выполняют функции оказания консультативной помощи в медицинских организациях, где нет профильных специалистов. В такие учреждения выезжает наша бригада и оказывает медицинскую помощь, пациента консультируют и принимают решение о необходимости эвакуации в профильный стационар. У нас есть бригады нейрохирургические, которые в том числе выполняют операции на месте, если в этом есть необходимость, есть бригады сосудистой хирургии, есть бригады урологические, они помощь оказывают как в стационаре, так и на дому. Урологическая – очень востребованная бригада на сегодня, особенно для маломобильных пациентов, требующих урологической помощи. И у нас еще есть бригады неонатальные, то есть бригады, которые работают с самыми маленькими пациентами. Как правило, они занимаются переводом новорожденных пациентов, чаще всего недоношенных, на второй этап выхаживания из родильных домов.

И еще бригады неотложной помощи, у них тоже два профиля: одна часть бригад занимается взрослым населением, вторая часть бригад – детьми.

– А кто определяет, какая именно бригада поедет на вызов к конкретному человеку?

– У нас работает мощная диспетчерская служба – Единый городской диспетчерский центр, отдел медицинской эвакуации и другие подразделения для обеспечения работы скорой медицинской помощи. Всего на территории города развернуто 60 подстанций, это структурные подразделения, где размещаются бригады, и откуда они выезжают на вызов к пациентам. Единый городской диспетчерский центр принимает все вызовы со всего города. Круглосуточно работают с этими вызовами 65 операторов.

Сортировка вызовов происходит с применением искусственного интеллекта. Диспетчер проводит строго алгоритмизированный опрос, а система анализирует ответы, которые диспетчер внес на эти вопросы, и определяет повод для вызова: поедет бригада или скорой, или неотложной медицинской помощи. В тех случаях, когда пациент не может определить свое состояние, вызов переводится на врача-консультанта, дальше врач проводит дополнительное медицинское интервью и принимает решение по тактике – или это скорая, неотложная, или достаточно врачебной консультации, или на сегодня мы можем пациента при его желании переключить на оператора 122, то есть на функцию, которая позволит ему записаться к врачу поликлиники. Все разговоры диспетчера и врачей жестко регламентированы, разработаны скрипты на каждый вариант разговора, как ответить, как спросить, как закончить разговор, как давать рекомендации.

Мы первые в стране полностью интегрировали с системой 112. Если человек звонит в 112, диспетчер проводит блиц-опрос, а именно: ФИО, место нахождения пациента. А дальше уходит вызов к нам, но уходит не просто вызов, а карта, она открывается автоматически у любого диспетчера, и передается голос человека, происходит медицинское интервью и принятие решения по ситуации.

– Как была организована работа в пандемию? Значительно ли выросло в пандемию число вызовов и нагрузка?

– Как показала практика, все вышеперечисленное нам очень пригодилось в период пандемии, который до сих пор продолжается. Если б не было такой системы сортировки, то при естественном увеличении обращаемости на СМП мы просто бы с таким потоком не справились. И в итоге все привело бы к тому, что часть бригад поехала бы к непрофильным пациентам, соответственно пациенты, которые нуждались в помощи реально, могли бы без нее остаться. Это, конечно, не произошло за счет того, что мы на период пандемии увеличили работу консультативного поста, и все вызовы, которые поступали с начальным проявлением заболевания, с первым днем температуры, все шли через врачебный пост, это и позволило справиться с нагрузкой.

Дополнительно разработали чек-листы для опроса. Естественно, они менялись в процессе развития пандемии с учетом увеличения количества стран, из которых прибывали граждане. Потом уже появилось большее количество пациентов, появились дополнительные чек-листы у врачей для опроса, для того, чтобы понимать, что происходит с человеком, для дальнейшей сортировки, в плане направления бригады скорой медицинской помощи. То есть эти технологии мы внедряли в процессе нашей работы, и, конечно, важно то, что именно информационная система и позволила с этим объемом работы справиться.

Мы у себя организовали аналитический штаб, который взял на себя весь учет данной категории пациентов. Мы ежедневно получаем список заболевших коронавирусом за последние сутки, он сразу вносится в информационную систему. Каждый человек находится в системе три недели на период карантинных мероприятий. Это нужно для того, чтобы в случае обращения данного человека на скорую медицинскую помощь, не зависимо от повода, по которому он обращается, система предупредила бригаду, что пациент инфицирован. В свою очередь бригада понимает, что даже если у пациента такие симптомы, как обычные боли в животе, нужно надевать специальные средства индивидуальной защиты.

– То есть пандемия изменила работу скорой?

  – Безусловно, пандемия нашу работу изменила, хотя нам не привыкать к работе в эпидемический сезон, мы сталкиваемся ежегодно с гриппом и ОРВИ. Последний значимый подъем заболеваемости гриппом и ОРВИ был в 2016-2017 годах. Безусловно коронавирус – это своеобразная инфекция, имеет свои особенности, свои клинические проявления, свои варианты клинического течения. Нам очень важно понять, сколько прошло времени с момента заболеваемости человека к тому времени, когда он обратился в скорую помощь. Это нужно для того, чтобы решить, какую выбрать бригаду.

Вообще сама по себе работа в эпидемию дала много направлений для развития, в том числе и скорой медицинской помощи. Мы не остались в стороне от стационаров, поликлиник, особенно если взять первый этап, когда по сути нам приходилось примерно раз в десять дней менять алгоритмы работы, потому что пациентов становилось все больше и больше. Если на первом этапе мы могли всех пациентов – их было немного – эвакуировать в больницу, то дальше ситуация менялась, у нас появлялось больше информации о клинических проявлениях данного заболевания, соответственно мы алгоритмы четко могли дифференцировать, как быть с пациентом – он остается дома, он едет в больницу или пациент направляется на проведение томографии в поликлинику, и по данным КТ уже принимается окончательное решение. Поскольку зачастую клинические признаки могут быть у человека не очень выраженными, даже с нормальной сатурацией на КТ мы иногда видели картину поражения 40-50% легких. Наша задача – раннее выявление заболевших, определение их состояния, определение эвакуационной принадлежности, для того, чтобы принималось правильное решение по тактике лечения данного пациента.

– А как в целом пережили эпидемию?

– По сути скорая помощь стала барьером на пути распространения эпидемии в городе, своеобразным щитом. Особенно в начале эпидемии, в марте месяце. Работа в эпидемию заключается в различных методах профилактики – специфической и неспецифической. Понятно, что специфическая – это вакцинация. У меня есть, с чем сравнить эпидемию коронавируса, мне довелось принять участие в ликвидации эпидемии дифтерии в Москве, это 1993-1994 годы, но тогда было несравнимо меньше количество заболевших, зато было четкое понимание, какой возбудитель, какие особенности клиники и причины. А причина была только одна – массовый отказ от вакцинации, который начался в конце 80-х годов, прошло 5-6 лет – и эпидемия дифтерии возникла. Довольно быстро ее удалось преодолеть, в течение двух лет, проводилась массовая вакцинация, постепенно создалась иммунная прослойка, то есть коллективный иммунитет, который позволяет не распространяться заболеванию.

С коронавирусом немного иначе. Во-первых, более массовое поражение населения коронавирусом, больше контагиозность вируса, и поэтому важны раннее выявление и изоляция больного. Что делала скорая помощь? На первом этапе на нас была возложена очень ответственная миссия – взятие мазков у заболевших, у контактных лиц, не только с коронавирусом, но и у пациентов с пневмониями, с ОРВИ. Таким образом уже выявлялся пул с положительными результатами, и пациенты направлялись в специализированные стационары для того, чтобы они не находились дома, те, кто был без клинических проявлений, но не мог изолироваться дома, ехали в обсерватор. Подходы сортировки, подход неспецифической профилактики путем раннего выявления пациентов именно благодаря массовому обследованию населения на коронавирус позволил эпидемию в Москве локализовать и не допустить тотального распространения. И мы приняли в этом активное участие наряду с нашими коллегами из поликлиник, которые этим занимались, ходили к пациентам, занимались первичной диагностикой.

– С течением этого пандемийного года что-то изменилось в тактике работы?

– Понятно, что осенью уже была несколько иная тактика, сейчас мы перешли на экспресс-диагностику, все бригады имеют экспресс тест-системы на грипп, на коронавирус, для того, чтобы дифференцировать ту больницу, куда будет пациент направлен. Экспресс-тестирование проводится только по медицинским показаниям в случае госпитализации пациента, с целью определения профиля больницы. Все это вносится в систему, у всех бригад есть планшеты, мини-компьютер, через который происходит все взаимодействие с бригадой, бригада на нее получает вызов, в планшете отмечает все этапы выполнения вызова – прибытие, запрос с места на медицинскую эвакуацию, карта вызова, информация о пациенте, бригада может с этого планшета войти в ЕМИАС, в личный кабинет фонда ОМС. То есть по пути на вызов идет к нему подготовка, а не просто поездка по нашему красивому городу. Бригада приезжает к пациенту подготовленная – повод известен, информацию почерпнула из единой информационной системы, особенно это важно для хронических пациентов.

Еще мы сделали функцию, что бригада может получить не только первичный повод к вызову, но может посмотреть все "дерево опроса", который провел диспетчер или врач, что помогает предварительно понимать, с чем бригада может столкнуться у постели данного пациента. Все процессы полностью автоматизированы. С моего рабочего места имеется возможность видеть каждое диспетчерское место, каждую бригаду, вижу статистику – и все в режиме онлайн. И это именно позволяет управлять такой большой системой скорой медицинской помощи в мегаполисе. Если бы этого не было, эффективно управлять системой было бы невозможно.

Мы связаны информационно со всеми городскими организациями. Информация о наших вызовах уходит в ЕМИАС. Те пациенты, которые не эвакуируются в больницу, их обязательно посещает врач поликлиники. Это делать очень удобно – через единый номер 122 мы передаем все эти заявки.

В каждой больнице стоит наш информационный терминал, на котором при эвакуации пациента отображается, что пациент направлен в данную больницу. После этого начинается подготовка к приему пациента, профиль которого уже известен, можно посмотреть дополнительную информацию о пациенте, давность заболевания, оценку по шкалам тяжести пациента.

Мы ведем онлайн учет работы коечного фонда городских больниц. В каждой реанимации тоже стоит наш терминал, и по мере поступления или выбытия пациента информация вносится коллегами из больницы, мы видим, как работает реанимационная койка. Как только пациент направляется, например, на ангиографию, это автоматически отображается – стационар выбывает на 1,5 часа из работы, потому что ангиограф занят. Когда закончили манипуляцию, нажали кнопку, у нас тут же появляется свободное окно, то есть опять работает искусственный интеллект. Равно как и выбор места для медицинской эвакуации: бригада может запросить это место автоматически через планшет или позвонить диспетчеру. Через планшет бригада выбирает из справочника нужный диагноз и загружает информацию в систему, а система анализирует диагноз, и, учитывая место вызова, предлагает на выбор 1-2 больницы для эвакуации. При этом диспетчер берет на контроль выполнение времени медицинской эвакуации. А если бригада запрашивает эвакуацию через диспетчера, то все данные, кроме диагноза, на пациента загружаются автоматически.

– Искусственный интеллект ускоряет работу?

– Да, система искусственного интеллекта работает постоянно и намного ускоряет работу. Раньше на обработку вызова уходило 5-6 минут, сейчас ввели эти алгоритмы, и максимум уходит 2 минуты. Сегодня среднее время приема вызова составляет 1 минуту 42 секунды. Если поступает вызов в экстренной форме, требующий немедленного реагирования, он занимает секунды. Например, ДТП: вопроса только три – сколько пострадавших, где произошло и есть ли дети. Тридцать секунд – вызов сформирован, бригада поехала. При этом среднее время ответа оператора московской скорой помощи составляет четыре секунды.

Благодаря тому, что на каждом этапе мы экономим время, проводится жесткий мониторинг за всеми этапами выполнения вызова, нам удалось выйти на неплохие показатели выполнения прибытия, и мы в течение 10-11 минут прибываем на все вызовы в экстренной форме, при ДТП мы укладываемся в восемь минут в среднем.

– А что было самым сложным за этот пандемийный год?

– Вы знаете, мы, как городская экстренная служба, привыкли работать в режиме постоянной готовности, мегаполис – есть мегаполис, и в нем всегда что-то происходит. Какие-то техногенные аварии могут возникнуть, ДТП, возгорания, то есть постоянно мы должны быть готовы к таким вариантам развития события, где потребуется участие нескольких бригад. Для нас эпидемия, конечно, явилась большим испытанием, было непросто, особенно прошлой весной, но в целом сотрудники с пониманием к этому отнеслись и проявили определенную стойкость, никто не спрятался в окопах, не убежал в кусты, все понимали четко свою задачу, мы с ними это много обсуждали. Я считаю, что сотрудники себя героически проявили, понимая, что есть определенные риски заражения в эпидемию, но с этой задачей мы справились.

Сегодня мы говорим, общаясь с коллегами, что коронавирус не является эксклюзивом, который был в начале эпидемии. Сегодня мы рассматриваем коронавирус как инфекцию со своими особенности, со своими требованиями к эпидемической безопасности, но мы понимаем, что завтра это не закончится, мы исходим из этого. Поэтому четкое соблюдение алгоритмов, четкое соблюдение мер эпидбезопасности и правильная оценка состояния пациента. На сегодня у нас работают такие принципы.

– Насколько нам известно, год назад коронавирусом переболел ваш заместитель, а вы болели коронавирусом?

– Да, переболел в апреле прошлого года.

– А антитела у вас сохранились до текущего момента, или уже прививку поставили?

– Есть, до сих пор у меня очень неплохой иммунитет. Но если количество антител снизится до критических цифр, которые не позволяют противостоять заболеванию, пойду прививаться.

Сегодня у нас абсолютно доступна в городе вакцинация, я считаю, что это обязанность каждого человека, не имеющего антител, пройти эту процедуру, то есть провести специфическую профилактику. Даже президент сказал об этом очень правильно, что есть два варианта приобретения иммунитета: "Первый – это вакцинация, второй – это переболеть". Но как человек переболеет, никто не знает. Потому что есть факторы риска, есть понятие коморбидности для данной инфекции, есть понятие возраста как отягощающего фактора в развитии клинических проявлений. Но мы имеем массу примеров людей без сопутствующих патологий, молодого возраста, которые перенесли в тяжелой форме коронавирусную инфекцию, поэтому лучше эксперименты на себе не проводить. Может быть, кому-то это интересно, но я, как переболевший коронавирусом, не советовал бы это делать никому. Люди делятся на две категории: одни учатся на своих ошибках, другие – на чужих. Лучше второй вариант.

Почему нужно вакцинироваться? Потому что вы подвергаете риску не только себя, но и свою семью. Подвергать риску своих близких тоже, на мой взгляд, неправильно.

– Многие люди не знают разницы между неотложной и скорой помощью. Что такое скорая помощь, и в каких случаях она необходима?

– Все вызовы, которые к нам поступают, мы делим на две категории: это экстренная форма вызова и неотложная форма вызова. Главный критерий, по которому вызов относится к экстренной форме, – это наличие угрозы для жизни. Нарушение дыхания, нарушение кровообращения, болевые синдромы, тяжелые травмы, беременность и роды – это все экстренная форма вызова, все это берем на самый жесткий мониторинг, выделен отдельный диспетчерский пост, который мониторит все вызовы в экстренной форме.

В данной ситуации – задача прибыть на вызов до 20 минут от момента обращения человека, так написано в нормативных документах. Мы работаем по расчетному времени, то есть система определяет расстояние до места вызова, определяет ситуацию транспортную и выдает тайминг. И это время приходит на планшет бригаде, бригада его видит, и мы мониторим выполнение расчетного времени. Если до пациента ехать пять минут, то бригада должна ехать пять минут, а не 20 минут, которые по нормативу допустимы, но в этом нет никакой необходимости, можно сделать гораздо раньше. Именно поэтому и вышли на такие показатели. Правда, как и медицинская эвакуация, как только бригада эвакуацию начинает, она делает отметку на планшете, от этого начинается отсчет – приходит на планшет информация с учетом времени следования до больницы.

А неотложная помощь – это где нет угрозы жизни, например, повышение давления, повышение температуры, хронические болевые синдромы, обострения хронических заболеваний, там, где ситуация достаточно спокойная, но человеку все равно нужна медицинская помощь, иначе потом это может привести к осложнениям.

Соответственно разработаны определенные алгоритмы, которые позволяют дифференцировать, какая бригада поедет на вызов – скорая или неотложная медицинская помощь. Если у вас начальные проявления какой-то респираторно-вирусной инфекции, если невысокая температура, если невысокие цифры артериального давления, на вызов приедет бригада неотложной медицинской помощи. Ее время прибытия – в течение двух часов, это норматив. В среднем наша бригада неотложки прибывает на вызов в течение 45-50 минут. Бригады находятся в нашем штате, они работают по такому же принципу, что и бригады скорой помощи. Отдельно для бригады неотложной помощи работает диспетчерская, каждый диспетчер ведет свой административный округ.

Когда диспетчер вызов принимает, он пациента предупреждает: к вам приедет скорая медицинская помощь или неотложная медицинская помощь в течение двух часов.

Вся информация про ситуации, когда нужно вызвать скорую помощь, а когда неотложную, подробно изложена на нашем сайте.

– Есть ли какие-то симптомы, при которых не стоит заниматься самолечением?

– В принципе заниматься самолечением не стоит – такое мое мнение. Но знать определенные принципы оказания первой помощи необходимо. Скажем, при температуре, при легкой травме, например, травма кисти, когда нет деформации, есть небольшая отечность и болевой синдром, можно принять болеутоляющий препарат, наложить себе повязку, пойти в травмпункт. Скорая нужна? Не нужна абсолютно. Если вдруг выявится перелом, и врач сочтет необходимым пациента эвакуировать, он вызовет бригаду скорой помощи, и пациента эвакуируют из стационара.

У нас работает врачебно-консультативный пост: 16 врачей со взрослыми и 8 врачей с детьми. Население об этом знает, и многие обращаются с целью консультации, врач может дать рекомендации, как принять препарат, нужно ли пойти к лечащему врачу и поменять схему лечения, предложит направить бригаду. Если нужна справка или иная информация, то при обращении к нам можем переключить на стол справок, там работает отдельный диспетчер, он даст информацию по нашим городским медицинским организациям, где и что находится, потому что пациенты имеют право самостоятельно обратиться в приемное отделение больницы.

– Но есть какие-то симптомы, при которых обращение к медикам должно быть незамедлительным?

– Да, если пациент понимает, что его состояние для него нехарактерно, например, боль в грудной клетке, выраженные боли в животе, внезапное появление потливости, внезапное появление головокружения. Если вы, находясь с вашим родственником, видите, что у него перекосился уголок рта или появляется смазанная речь, все это причина тяжелого заболевания, конечно, нужно немедленно реагировать.

Понимание состояния человека, понимание оказания первой помощи, на мой взгляд, все больше набирает обороты, то чему школьников обучают на ОБЖ, и, кстати, помогает. Был пример года полтора назад, внучка 12 лет вызвала пожилой пациентке скорую помощь. Она увидела, что у родственницы появилась асимметрия лица, она стала хуже разговаривать, и вызвала скорую помощь. У пациентки оказался инсульт, через 40 минут ее уже доставили в больницу, взяли на операционный стол, удалили тромб из мозговой артерии, как результат – полное восстановление. Поскольку в городе работают инфарктная и инсультная сети, в течение часа от момента постановки диагноза такие пациенты доставляются в специализированные отделения, то хорошее лечение у данной категории пациентов.

Нужно знать, как правильно наложить повязку, неплохо бы знать элементы базовой сердечно-легочной реанимации. Если пациент без сознания, то до прибытия бригады врач сопровождает родственников человека – выясняет наличие дыхания, кровообращения, если этого нет, он интересуется, готов ли вызвавший скорую провести сердечно-легочную реанимацию, непрямой массаж сердца. Если человек готов, значит ему объясняют, как это сделать. И пока бригада прибывает, начинается проведение манипуляций, и на сегодня для нас это не редкость, это обычная практика.

– А она эффективна?

– В некоторых случаях она эффективна, конечно. По крайней мере надо сделать все, чтобы спасти человека, это очень важный принцип.

– Проводите ли вы на базе скорой помощи обучение населения навыкам оказания первой помощи?

– Мы активно поддерживаем общественные проекты, в рамках которых проводим обучения по первой помощи. Так, совсем недавно специалисты московской скорой организовали проект по обучению первой помощи для представителей Союза журналистов России. Представители СМИ попросили поставить акцент при составлении обучающей программы на основах безопасности при выполнении редакционных заданий в чрезвычайных ситуациях и в зонах вооруженных конфликтов.

Кроме того, за два года московская скорая помощь помогла обучить основам первой помощи более 3,5 тысячи участников проекта "Бабушка и дедушка на час".

Мы активно сотрудничаем со школами. К нам поступает много обращений от медицинских классов с просьбой организовать занятия по первой помощи. Мы всегда с радостью откликаемся и помогаем.

Всего порядка 10 тысяч человек обучили навыкам оказания первой помощи за последние два года.

– С какими проблемами со здоровьем чаще всего обращаются москвичи в скорую?

– Вообще у нас в систему заведено 62 повода для обращения, каждый повод имеет свою структуру опроса, на основании которых с применением искусственного интеллекта формирует окончательный повод для направления бригады скорой или неотложной медицинской помощи.

Основные причины обращения можно выделить три – заболевания органов дыхания, органов кровообращения и травмы.

– А много ли обращения от людей без прописки?

– Для нас место регистрации пациента роли не играет, мы никогда не выясняем, где он живет, откуда он приехал. Факт обращения – наличие необходимости ему помочь. По всем нормативным документам скорая помощь оказывается бесплатно на территории всей страны, поэтому место проживания человека нас абсолютно не волнует. Равно как и наличие страхового полиса.

– И иностранцам тоже оказываете?

– Конечно, да. Иностранцам, а также лицам без гражданства оказывается необходимая медицинская помощь в полном объеме. У нас есть англоязычный и испаноязычный варианты нашего сайта. Мало того, у нас в каждой смене есть, как минимум, два англоговорящих диспетчера или врача, которые могут подключиться при необходимости обращения англоговорящего человека. На период чемпионата мира по футболу у нас был интернациональный диспетчерский пост, привлекали переводчиков с китайского, испанского. Когда мы только начинали работать с эпидемией – в марте-апреле прошлого года, когда был риск от граждан Китая заразиться, привлекали еще и китайских переводчиков для общения. Сейчас в этом необходимости нет.

– Сегодня, 28 апреля, впервые официально отмечается день скорой помощи. Как вы его планируете отметить? Много ли в этот день сотрудников находится на боевом посту?

– Отмечаем, как всегда, на работе. В нашей работе абсолютная сменность, поэтому каждый день 25% коллектива выходит на работу.

В субботу, например, мы провели круглый стол в формате онлайн на нашем обучающем портале, на котором присутствовали более 2000 сотрудников московской скорой помощи. В этот раз мероприятие проходило в необычном формате. У нас был приглашенный модератор – Екатерина Одинцова. Она пишет со знанием дела о медицине. Наши медицинские работники рассказывали уникальные истории спасения из своей практики, к эфиру также подключались коллеги из стационаров – главные врачи, естественно и пациенты спешили выразить самые искренние слова благодарности своим спасителям. Кроме того, популярные музыкальные исполнители: Олег Газманов и Брэндон Стоун подключились к нашему эфиру, исполнили свои трогательные музыкальные композиции в знак уважения к сотрудникам московской скорой помощи. Получилось невероятно теплое и искреннее событие, которое мы еще долго будем вспоминать и с радостью пересматривать этот эфир.

Многих коллег уже наградили благодарностями и почетными грамотами президента РФ, мэра и правительства Москвы.

Вообще надо отметить, что руководство города проявляет огромное внимание, заботу к здравоохранению в целом и к скорой помощи в частности. Это очень хорошо чувствует наш коллектив, и люди очень благодарны такому отношению.

О том, что изменилось в работе скорой помощи в период пандемии, как искусственный интеллект помогает работе врачей, с какими проблемами чаще всего обращаются, и как коллектив отметит первый официальный праздник, в интервью РИА Новости рассказал главный внештатный специалист по скорой медицинской помощи, главный врач ГБУ "Станция скорой и неотложной медицинской помощи имени А.С. Пучкова" Департамента здравоохранения Москвы Николай Плавунов. Беседовала Ольга Овчинникова.

Возврат к списку